Мне дали понюхать свободы, а потом отобрали ее

Дневники / Остров искушений
198
0
Реалити-шоу Остров искушений. Из дневника Юлии Солнечной

Насколько веселым был мой день рождения, настолько же тяжелым выдался следующий день. Для меня он стал началом нового этапа на острове: все что было «до» еще можно было отчасти считать игрой и беззаботным отдыхом, но то, что началось «после» — это жизнь. В пятой серии показали далеко не все, друзья мои. А как было на самом деле, я вам сейчас расскажу.

После того как мы сказали парням все, что о них думаем и выстроились за креслом ведущего, мы уже ничего не слышали. В то утро дул сильный ветер, который уносил слова и о чем Галкин говорит с ребятами мы только могли догадываться. И когда они выбрали первых четверых девушек, мы подумали что этих четверых они выбрали на выбывание. Ну, во-первых, никто из парней не был замечен в, скажем так, связях с теми кого они выбрали, а во-вторых, больно уж похоронные были и них у всех лица.

Когда ребята стали забирать вторую «партию» девушек, я поняла что этих они забирают остаться, потому что Никита, проходя мимо, сказал мне: «Прости, Солнечная!». (Вот вам и разница между мужчинами и женщинами. Если их девушки в том лагере предсказуемо спасли тех ребят, с кем они больше остальных общаются и кому действительно симпатизируют, то у ребят на совете начались какие-то «игры разума» и какими они руководствовались принципами выбирая девушек — непонятно!)

Никто из девушек не мог понять, что же происходит. Наверное, еще и поэтому у всех были такие растерянные лица. Ни те, кого уже увели, ни те, кто остался. А остались трое: это я, Наиля и Наташа Попова. И вот мальчики с Владом о чем-то долго говорили, что-то долго решали…. А потом встал Миша и забрал всех троих. Это был, конечно, благородный жест, но выбрать нужно было одну, и он оставил Наилю.

Теперь уже стало совершенно очевидно, что из нас двоих, меня и Наташки, должна уйти одна. И когда Никита поднялся с побрякушкой, я протянула ему руку (помятуя. как не далее чем пару минут назад, он попросил прощения и забрал Полину) со словами:
«Ну, давай ее мне, Никитос!». Но он повесил ее на Наташку.

Вот с этого то момента неразбериха и началась.

Очевидно, что уйти должна была Наташа, но Галкин почему-то попросил ее встать в ряд с другими девочками. Из-за ветра я по-прежнему ничего не слышала, но поняла, что уходит не Наташка, а я. И что эти бусы означали не выбывание из проекта, а спасение. Никита должен был повесить их на ту, которую хотел спасти (Галкин утверждал, что попросил Никиту сделать именно ЭТО, хотя в серии он явно говорит — «Повесь их на ту, которая ПОКИНЕТ остров». Хм … :-/ )

А ко мне уже подскочили корреспонденты, операторы, и пока ребята выясняли кто прав — кто виноват, меня увели на пляж для интервью. Выбывающие из проекта всегда дают последнее интервью. А потом я пошла в домик собирать вещи и это тоже снимали.

Чтобы не плакать в камеру, хотя было ужасно обидно вылетать просто из-за того что кто-то лоханулся, я, чтобы отвлечься, пела песни и рассказывала разные истории (пишите, пишите на форуме soblazn.tv что Солнечная ведет себя неестественно, играет! :) , а потом за мной приехала машина и меня увезли.

В другом отеле, откуда выбывающих должны были отправлять в Москву, меня встретили психологи. Но я сказала, что со мной все в порядке, «поговорить об этом» я не хочу и если есть последняя возможность искупаться в океане, то я бы прямо сейчас ей воспользовалась. Но не успела я дойти до пляжа, как Ира с Надей (милейшие, кстати, девушки и им огромное спасибо за помощь на проекте) снова пришли по мою душу, сказали, что произошла ошибка и что я должна вернуться. Вот тут-то я расплакалась.

Я не хотела возвращаться! Это честно. Я только что глотнула свободы, поняла, как соскучилась по друзьям и работе, но главное — я увидела проект со стороны!
Это как пионерлагерь для взрослых, из которого не убежишь, а если и убежишь, то тебя вернут обратно и снова заставят «отдыхать». И кем бы ты ни был, сколько бы тебе ни
было лет и каков бы ни был твой социальный статус — эта машина затягивает всех и выбраться из нее невозможно! Поэтому, когда через пол дня меня обратно привезли в La Reserve, я ушла зализывать раны на дальние камни, потому что никого не могла видеть, а потом закрылась в своем домике и не выходила из него до следующего дня.

Это был сильнейший эмоциональный удар! Мне дали понюхать свободы, а потом отобрали ее. И снова поместили в закрытое пространство для опытов, откуда не уплывешь, не улетишь, не выберешься. А в голове уже стучит «Дом! Друзья! ЛюбимЫЙ! И любимАЯ работа!». И синхронизировать эти мысли с жизнью в лагере невозможно!

Моей игре конец. Вернуться в шоу я уже не смогу…

0 комментариев